17 January $61.53 €68.54

Последние новости

Дина Гайзатуллина считает, что России не хватает закона о молодежной политике

У ГК «А101» Михаила Гуцериева второе место в рейтинге по строительству жилья в Москве

Руководство Международной ассоциации бокса одобрило идею Умара Кремлева по проведению континентальных форумов

Эксперты: системе образования необходимо учить школьников работать с информацией

Владельцам электромобилей предоставят льготы

Поможет ли перемирие в Ливии вернуться российским социологам на Родину?

Партия «Зеленая альтернатива» назвала планы Австралии уничтожить тысячи диких верблюдов «очередным актом человеческой жестокости»

Умар Кремлев надеется, что Рождественские елки от Федерации бокса России реализуют спортивные организации в регионах

Спортсмены детской мотошколы обновили мотопарк благодаря «Белкамнефть» (ПФГ САФМАР Михаила Гуцериева)

В систему образования Москвы официально пришел киберспорт

Ящерицы спят по той же схеме, что и люди

Общество

До сих пор быстрая фаза человеческого сна была зафиксирована только у млекопитающих и птиц. Теперь же исследование бородатой агамы – популярного домашнего животного – заставило предположить, что определённые ритмы сна появились сотни миллионов лет назад, у отдалённых предков нынешних животных. Например, вероятно, что они были представлены у динозавров.

Сон в той или иной форме отмечается у самых разных организмов, от червей до людей. Но схема сна у млекопитающих и птиц очень сильно выделяется, представляя собой чередование глубокого (медленного) сна и быстрого сна, при котором активность мозга близка к той, что наблюдается во время бодрствования, и которая отличается быстрыми движениями глазных яблок.

Немецкие исследователи регистрировали активность мозга бородатых агам во время сна. Оказалось, что у рептилий, подобно человеку и другим млекопитающим, чередуются циклы быстрого и медленного сна. Однако, если человек обычно проходит через 4-5 полуторачасовых циклов смены быстрых и медленных фаз, то у ящериц частота сонного ритма оказалась выше и регулярнее. Их сон представляет собой чередование нескольких сотен коротких циклов. Кроме того, у рептилий фиксируется активность не того же самого участка мозга, что у млекопитающих.

«Хотя сон ящериц похож на сон млекопитающих, сонные циклы рептилий представляют собой обеднённую версию более богатого репертуара млекопитающих», – пишут авторы в своей статье, опубликованной в журнале “Science”.

Тот факт, что схема сна у пресмыкающихся, птиц и млекопитающих примерно одного рода, заставляет предположить, что она выработалась у их общего предка, жившего примерно 300-320 миллионов лет назад. В то время на суше господствовали амниоты – класс четвероногих позвоночных животных, откладывавших яйца, защищённые амниотическими мембранами.

– Они, возможно, походили на маленьких ящериц, – пояснил ведущий автор исследования, доктор Жиль Лоран, представляющий Институт исследований мозга Общества Макса Планка (Франкфурт, Германия). – Они жили во времена, когда все континенты Земли собрались в единую массу суши.

Лоран также добавил, что происхождение циклической схемы сна, возможно, ещё более древнее.

– Чтобы это доказать, потребуется найти фазы медленного и быстрого сна у земноводных или рыб, – сказал он. – До сих пор такие исследования давали отрицательный результат, но, возможно, имеет смысл проверить и ещё раз.

По словам Лорана, схема сна нынешних ящериц может быть близка к той, что имелась у наших общих предков. Возможно, ящерицы даже видят какие-то элементарные сны.

В ответ на вопрос, спали ли так динозавры, Лоран ответил:

– Хотел бы я знать точно; но вероятнее всего, быстрый и медленный сон был и у них.

Танос Сиапас, профессор Калифорнийского технологического института, специализирующийся в том числе на нейронных системах, который не принимал участия в исследовании, считает, что результаты последнего проливают новый свет на эволюцию архитектуры сна.

– Данные и их анализ очень убедительны и подразумевают древнее происхождение двух различных сонных фаз, – сказал он. – Сравнивая циклические механизмы и их состав у разных видов, мы, возможно, сможем получить новые важные представления об их функциях.